Главная страница » Василий Кириенко о своей победе на 14 этапе Джиро д’Италия 2015

Василий Кириенко о своей победе на 14 этапе Джиро д’Италия 2015

Vasil Kiryienka (Team Sky)
Vasil Kiryienka (Team Sky)

Супермногодневки в велоспорте — это всё равно что турниры «Большого шлема» в теннисе. Многие этапы собирают даже не десятки, а сотни тысяч зрителей, а бывает, как в 2014-м на «Тур де Франс» в Великобритании, и вовсе больше двух миллионов!

Эти гонки, как правило, великолепно организованы и являют собой яркое шоу. Поэтому и победы на них ценятся даже выше, чем олимпийские или планетарные.

У белорусского велогонщика Василия Кириенко, выступающего в составе британской Sky, таковых уже четыре. Но если первые три одержаны на тяжелейших горных этапах «Джиро» и «Вуэльты», то последняя на недавней Джиро д’Италия 2015 — в длинной индивидуальной разделке. Хотя именно в ней он когда-то впервые заявил о своём завидном потенциале, став шестым на юниорском первенстве мира. И на треке для начала зарекомендовал себя как мастер отменного хода, добыв сразу две юниорские «бронзы» континентальной чеканки — в индивидуальном и командном преследовании.

Перейдя в профессионалы, речичанин не растерял умения терпеть в одиночку и выжимать максимум из каждого сантиметра дистанции, отдельные участки которой проходит, что называется, на грани фола. На чемпионате мира-2012 в голландском Лимбурге Василий заставил потесниться многих элитных «раздельщиков», став бронзовым призёром. В прошлом и позапрошлом годах останавливался в шаге от пьедестала, но в 2013-м стал соавтором бронзового успеха Sky в клубной разделке. Можно не сомневаться, что и на грядущих первых Европейских играх в Баку 33-летний белорус, не умеющий просто отбывать номер, а всегда выкладывающийся на все сто, порадует достойным результатом. А пока, воспользовавшись тем, что приехал на несколько дней домой, мы попросили земляка поделиться впечатлениями о прошедшей «Джиро». И начали разговор, конечно, с его потрясающей виктории, поинтересовавшись, что она значит для Василия.

ОСТОРОЖНИЧАТЬ НЕ СОБИРАЛСЯ

— Сегодня, когда эмоции улеглись, наверное, ничего особенного. Приехав домой, я окунулся в семейные хлопоты, и впечатления о Гранд-туре отошли на второй план. Хотя, конечно, это весомое достижение. Было приятно победить именно в разделке, потому что в профессионалах я прежде ни одной индивидуальной гонки не выигрывал, даже в рамках второстепенных многодневок. А здесь наконец удалось.

— Сразу после финиша вы сказали, что погода, многим показавшаяся неприятной, вам понравилась, потому как принесла успех. А утром, увидев, что льёт дождь, не было сожаления, мол, в таких условиях придётся осторожничать?

— Нет, перестраховываться я не собирался. Просто разминался только на станке, одновременно смотря телетрансляцию, чтобы хоть немного с трассой познакомиться. В принципе, тренер заверил, что технически она не самая сложная, то есть особого риска не требующая. И поскольку за пару дней до этого я неплохо себя чувствовал, решил упираться, как мы говорим, на все деньги. У нас ведь никто тебе подарок не сделает, если сам о нём не позаботишься.

— Трасса оказалась действительно не очень заковыристой?

— На первой половине вообще был довольно большой прямой участок, правда, с несколькими кольцевыми развязками. А на второй части уже и подъёмчики, и повороты были, представлявшие определённую опасность в связи с тем, что не просматривал дистанцию. К тому же и асфальт был довольно скользкий. Даже по пути на старт на первой же линии разметки у меня заднее колесо занесло. Но в гонке всё обошлось.

— Что оказалось тяжелее — проехать саму гонку или полтора часа сидеть в так называемом горячем кресле в ожидании приговора: выиграл — не выиграл?

— Не скажу, что гонка мне далась большой кровью. Я ехал, стараясь, насколько это возможно, равномерно распределить силы. А пока ждал финиша последнего участника, не исключал, что кто-то из генеральщиков может подвинуть. Потому что на горках они реально должны были отыгрываться. Поскольку это была довольно длинная индивидуальная гонка – 59 км, я понимал, что соперники наверняка будут немного экономиться на равнине, чтобы затем выдать максимум на подъёмах. Моя же тактика заключалась в том, чтобы, напротив, сделать хороший запас на плоской части, то есть я сразу пошёл ва-банк.

— А кого вы считали главными конкурентами именно в этой гонке?

— Прежде всего, наверное, Альберто Контадора, который находился в хорошей форме. Разделки на многодневках и чемпионатах мира — далеко не одно и то же. На Гранд-турах силы специалистов индивидуальных гонок и генеральщиков уравниваются. Последние, не желая терять драгоценные секунды, борются до конца. Да и, будучи на ходу, они способны на многое.

— А как вас команда поздравила?

— Когда я массаж закончил, весь персонал, включая менеджера, спортивных директоров, механиков, массажистов, собрался в нашем ресторане-грузовике. Поблагодарили меня за успех и выпили по бокалу шампанского. Было очень приятно, что все пришли. Но никто, конечно, не засиживался, ведь утром ждал очередной старт.

САМИ СЕБЯ СДАЛИ

— Наверняка, когда перед «Джиро» команде объявили, что главная задача — это помочь капитану Ричи Порту выиграть жёлтую майку лидера, вы с нетерпением ждали именно 14-го этапа, где можно использовать и свой собственный шанс?

— Признаться, вообще заранее не изучал маршрут и не знал, что ждёт меня послезавтра — ехал от этапа к этапу. Какой смысл забивать голову тем, что когда-то там будет: всему своё время. Плюс ко всему я стартовал на «Джиро» подуставшим в связи с тем, что первая часть сезона получилась довольно насыщенной: проехал много основных весенних гонок, складывавшихся непросто. После классики «Льеж — Бастонь — Льеж» пришлось даже дома отдыхать. Естественно, сам не знал, в какой форме нахожусь. А ещё и нынешний маршрут Corsa Rosa сразу оказался довольно сложным. Высоких гор на первой стадии не было, но я и на средних помучился. А когда вкатился, уже полегче стало. Что же касается главной задачи, то да — работали на Порта. И дальше бы ему помогали, не растеряй Ричи шансы на высокое место в генеральной классификации. Но некоторые моменты из тех, что случились, мне, признаться, представляются смешными. Не понимаю, как профессиональный гонщик такого уровня может не знать правил?

— Имеете в виду инцидент, произошедший на десятом этапе, где Порт воспользовался колесом Саймона Кларка из Orica-GreenEdge?

— Да. Ведь это очевидно, что нельзя получать помощь от гонщиков из других команд, брать у них инвентарь. Это нарушение могло оказаться не замеченным судьями, но они сами себя сдали, разместив фотографии в Instagram. Решили таким образом подчеркнуть свою дружбу. Мы все, кстати, буквально за пару минут до прокола находились рядом с Ричи, и я, сказав, что нужно перебираться вперёд, туда и поехал. И был поражён, что с ним никого не осталось. Почему он не сказал об этом сразу, не знаю. Кроме того, Ричи остановился на левой стороне проезжей части, где этого делать нельзя. Замена инвентаря производится справа, где и остановился наш колумбиец Себастьян Энао. Но из-за того, что шёл караван из первых 25 «техничек», а затем и второй, он не смог ничем помочь. А на форумах нас сразу стали обвинять, будто мы бросили лидера, плохо работаем на него. Но в чём мы виноваты?

— На предшествовавшем разделке 13-м этапе, где Порт, угодив в завал, повредил велосипед, вы отдали ему свой. А на чём сами финишировали?

— На его. Для меня ведь не имело значения, сколько проиграю, поэтому потихоньку те несколько километров доехал.

— После схода Ричи вам, судя по всему, развязали руки?

— Не совсем. С этого момента мы должны были помогать чеху Леопольду Кёнигу, который стал лидером команды. Но на некоторых этапах нам действительно говорили, что можно попробовать выиграть. На 20-м с финишем в Сестриере, в частности, первостепенная задача заключалась в том, чтобы отобраться в отрыв и на горе, особенно на её верхушке протянуть руку помощи Кёнигу. Однако там беглецов далеко не отпустили, и поэтому наше присутствие в их компании оказалось, скажем так, необязательным. Ведь две минуты для такого рельефа – не преимущество: если у тебя «нога не очень», сильно не поможешь.

ПОПЫТКА УКАТАТЬ СОПЕРНИКОВ

— На 18-м этапе, когда Костя Сивцов ехал в отрыве, почти вся ваша команда попала в завал…

— Да, у нас упали пять человек, включая меня. Благо серьёзных травм не получил, только ушибы и царапины. Просто упал на рацию, которая в кармашке лежала. А она у нас довольно объёмная, и получилось, что прошлась по спине. Но кости остались целы, хотя мог, конечно, и повредить их. Пару дней раны давали о себе знать, но затем отпустило.

— Это не помешало вам назавтра на втором королевском этапе уехать в отрыв, надо полагать, в надежде записать в актив ещё одну викторию?

— Естественно. Но когда посмотрел, кто ещё в него отобрался, понял, что наши шансы невелики. Тогда решил по крайней мере «Астану», которая в пелетоне на передовой работала, немного укатать. Но оказалось, её представители так готовы, что их не укатаешь.

— Ваш Ричи Порт имел привилегированные условия: жил в доме на колёсах и на отдельные этапы добирался на вертолёте. Вы вместе с ним дальние трансферы преодолевали?

— Австралийцу только однажды арендовали вертолёт — после первого дня отдыха, когда был довольно длинный переезд. Но я себя нормально и в автобусе чувствовал и, признаться, даже не знал, что Ричи улетел. На мой взгляд, это нормально, что команда, имея такую возможность, создаёт для лидера наиболее комфортные условия, чтобы он быстрее восстанавливался. Ему ведь нужно каждый день терпеть в гонке, бороться за каждую секунду. Поверьте, это очень тяжело. А результат на самом деле складывается из мелочей.

— «Тур де Франс» входит в ваши планы или пока слишком рано об этом говорить?

— Нынче я сам не горю желанием его ехать, о чём и сказал тренеру. Потому что устал и хотел бы хорошенько отдохнуть и настроиться на вторую часть сезона.

Источник: sportpanorama

Оставьте отзыв

Ваш электронный адрес не будет опубликован.